О зарплате, терпении, вредных стариках и подкатах: откровенное интервью соцработника из Тулы
8 июня в России отмечается день социального работника. Тульская служба новостей пообщалась с профессиональной сиделкой, которая рассказала, как приходится терпеть непристойное поведение со стороны пожилых мужчин, а также недобросовестных родственников беспомощных больных.
Елизавета Воробьева работает и живет в Туле. Она училась на агронома, заканчивала поварские курсы в Тульском сельскохозяйственном колледже и Тульском колледже профессиональных технологий и сервиса. Сегодня девушка уже 11 лет трудится социальным работником и помогает ухаживать за теми, кому нужна помощь.
Как и почему вы решили стать социальным работником?
В 14 лет я стала вместе с мамой ухаживать за онкобольной бабушкой. Затем мой отец перенёс несколько инсультов и реабилитаций, и я была вынуждена ухаживать и за ним. Так к 18 годам я приобрела неплохой опыт. А после смерти папы меня начали просить ухаживать за престарелой родственницей друзья семьи, затем стали предлагать работу по рекомендациям от знакомых. Вскоре после этого я уже стала публиковать объявления с предложением моих услуг.
Какая зарплата у вас? Какие можете выделить плюсы в профессии?
Зарплата нестабильная — и в этом один из минусов профессии. Рассчитывается стоимость индивидуально: для более легких случаев – цена меньше, для тяжёлых соответственно выше. В целом зарплата за месяц может быть от 25 до 60 тысяч.
Если говорить о плюсах лично для меня, то это, пожалуй, график, который я могу выбрать сама, возможность изучать и лечить разные случаи, набираясь опыта. Ещё со многими подопечными у меня получается наладить дружеские отношения, так что наше сосуществование напоминает скорее семейную заботу, чем работу по найму.
Есть ли возможность профессионального роста?
Мне нравится работать в больницах, под руководством профессиональных врачей. За их работой интересно наблюдать, многие охотно делятся своими методами. Во время простейших хирургических операций вызываюсь ассистировать и наблюдаю всё «из первого ряда». В дальнейшем такой опыт практически всегда находит применение в последующей работе. Надеюсь, что в будущем получу образование медсестры.
Ваша работа требует терпения? Ведь работаете и с беспомощными людьми, с людьми, у которых плохая память.
Конечно, нетерпеливым людям в профессии сложно удержаться, но практика помогает его вырабатывать. Больной человек не виноват, что ему нужна посторонняя помощь, к тому же именно для оказания этой помощи меня и вызывают. Приходится отвечать на один и тот же вопрос десятки раз, кормить с ложечки, носить на себе и выполнять другие задачи, но благодарность у таких подопечных искренняя — и это придаёт сил.
Что самое сложное в вашей профессии? Насколько часто приходится сталкиваться с лежачими больными?
Самым сложным, увы, часто является коммуникация с нанимателями. Очень часто бывает, что за больным или пожилым человеком родственниками оказывается безграмотный уход, приводящий к печальным для здоровья подопечного последствиям — пролежни, воспаления. В моей практике даже был случай, когда меня вызвали к женщине, у которой уже начался некроз. Происходит это часто из-за страха осуждения со стороны общества, что родственники «бросили» или «не справились» со своим подопечным. Из раза в раз я сталкиваюсь с последствиями одних и тех же ошибок, которых легко можно избежать, если знать, что делать.
Лежачие больные и люди с другими ограничениями подвижности чаще всего становятся моими подопечными. При уходе за ними есть своя специфика, свои риски. Многие просто не готовы круглосуточно находиться рядом, и я могу это понять — подобная бессменная работа забирает много сил. Родственникам в этом плане ещё тяжелее: больные, лишённые привычной подвижности, часто становятся раздражительными и предпочитают срываться на самых близких людях.Насколько часто приходилось сталкиваться с неприятными физиологическими вещами?
Тут зависит от индивидуального восприятия. Я привыкла оказывать гигиенические услуги и обрабатывать открытые раны, так что из неприятного тут для меня только страдания подопечного, которые я стараюсь по возможности сгладить. Если говорить о серьёзных минусах, то это подопечные с серьёзными психиатрическими проблемами, которым не оказывалось грамотное лечение. У нас, к сожалению, очень сложно добиться выдачи действующих лекарств «тяжёлым» людям, к тому же сильны стереотипы о карательной психиатрической медицине, поэтому в результате приходится сталкиваться с серьёзной агрессией больного человека, который воспринимает всех вокруг, как врагов. Чего стоят, одни побои, которых не перечислить. Хуже, когда такому человеку попадается в руки что-нибудь колюще-режущее... В общем, травмоопасные ситуации почти неизбежны.
Случалось ли терпеть излишнее внимание со стороны подопечных мужчин преклонного возраста?
Увы, мужчин в нашей профессии мало, а практически все женщины-соцработницы с таким сталкивались. Мне сложно о таком рассуждать: часто это больные люди с запущенной деменцией, но попадаются и довольно здоровые мужчины, которые считают удовлетворение своих «потребностей» весомой причиной для вторжения в чужое личное пространство. Иногда попадаются даже полностью парализованные старики, которые могут говорить только о совокуплении. Тяжелее, когда такое внимание начинает идти от кого-то родственников подопечного: некоторые из них не стесняются даже шантажа.
Приходилось ли сталкиваться с откровенно вредными стариками?
Да, у больных людей как правило очень портится характер, а когда начинает прогрессировать деменция, то всё ухудшается ещё сильнее. Попадались старики, которые откровенно издевались над своими детьми. Часто встречается ситуация у пожилых людей, имеющих двоих взрослых детей или больше: один ребёнок — любимый, другой (который как правило и осуществляет уход) — козёл отпущения, которого обвиняют во всём — от прошедшего утром дождя до плохих новостей по телевизору. Иногда попадаются и внешне милые старушки, которые ведут себя приветливо с соцработником, но за глаза начинают жаловаться родственникам на плохое обслуживание, часто придумывая то, чего вообще не было. В таких ситуациях предпочитаю, чтобы на рабочем месте была видеофиксация. В последнем случае сложно обвинять подопечных, ведь это часто происходит потому, что они жаждут внимания своих родственников и пытаются добиться его таким образом.
Существует миф, что есть «неблагонадежные» и алчные сиделки, которые работают ради имущества подопечного? Сталкивались вы с такими случаями на работе?
К сожалению, мне гораздо чаще приходится сталкиваться с последствиями этого мифа. Объясню, как всё работает на примере известных ситуаций. Одинокий пожилой человек, за которым никто из родственников ухаживать не захотел, заключает договор пожизненной ренты. Я лично знаю двух женщин, которые согласились на такие условия и выполняли свои обязанности со всем усердием (от отдыха в санатории за их счёт, до лечения в частной клинике). В обоих случаях в момент, когда здоровье подопечного ухудшалось, появлялся один из отказавшихся ранее от ухода родственников и уговаривал отказаться от договора, обвиняя соцработника во всех смертных грехах и попутно обещая самостоятельно осуществить весь уход. В результате соцработник остаётся ни с чем и даже не получает оплату за свой тяжёлый труд, а подопечные очень быстро умирают. Подобные случаи были такими частыми, что теперь ни я, ни большинство знакомых соцработников не соглашаются не такие условия: слишком велики риски быть обманутыми.
Да, есть и недобросовестные работники — и это тоже беда. Многие считают, что работа сиделки — это буквально «сидеть рядом и ничего не делать», поэтому появилось много людей, не исполняющих или исполняющих плохо свои обязанности, но поскольку они назначают более низкую стоимость за свои «услуги», то многие по неопытности нанимают их. Вредит это по двум фронтам: снижается средняя зарплата и появляется предвзятое отношение к соцработникам.